Рассмотрено Рихтер Из Брум | Искусство как смысл жизни.

[maestro]

​

--== Введение ==-- ​

Величественный замок Брумов возвышался среди изумрудных холмов, словно воплощение самой истории. Его каменные стены, отполированные ветрами времени, хранили в себе шёпот предков, предательств и славных побед. Здесь, в тени древних башен, родился Рихтер из Брум – последний ребёнок Тимбурга, благородного рода Брумов, 1740220342793-png.401чей путь был предначертан, но дух искал иной дороги.

"Маэстро" Рихтер из Брум, тридцатилетний мужчина среднего роста с приятными чертами лица, выглядит заметно старше своего возраста. Несмотря на мускулистое телосложение и очевидную физическую силу, в его облике ощущалась некая болезненность и глубокое познание. Лицо не глупое, говорящее скорее о его внутренний боли и терзаний, словно описываемый роман в какой-нибудь книги. Худощавое лицо с впалыми щеками имело нездоровый желтоватый оттенок. Его крупные, слегка выпуклые тёмные глаза, хоть и выражали твёрдость и упорство, всё же казались несколько рассеянными.
.
​

--== Глава I: Ранее детство ==--
​

Жизнь отняла у него отца слишком рано. Тиф унёс властителя замка, когда мальчику едва исполнилось три года. Бремя правления пало на плечи старшего брата Вильгельма, чья мудрость сочеталась с холодной расчётливостью. Он был философом, воином и стратегом, человеком, для которого долг стоял выше чувств. Именно он стал для Рихтера наставником и защитником, но также – тенью, закрывавшей от него небо. С раннего детства Рихтер проявлял необычайную жажду познания и музыки. Его разум был подобен беспокойному ветру, что проникает в самые узкие щели, выискивая истину. Он закидывал своих наставников вопросами, от которых даже самые великие умы замка Брумов приходили в замешательство. Философия захватила его разум, а музыка, местного барда, успокаивала его мысли. Напролёт он проводил время за книгами и различными свитками, размышляя о природе добра и зла, о равновесии власти и долга, при этом подпевая любимые мелодии местному барду в очередной таверне находясь в компании своего старшего брата. Когда ему говорили, что солнце встаёт каждое утро, он спрашивал: «А что, если однажды оно не взойдёт?» Когда ему рассказывали о подвигах предков, он не просто слушал — он хотел знать, почему они поступали так, а не иначе. Наставники, приглашённые в замок, нередко терялись перед его вопросами.
​

— Если король правит по воле богов, почему же бывают несправедливые короли? — спрашивал он у дворецкого, и тот запинался, подбирая ответ.
— Что важнее: долг перед родом или перед собственной совестью? — спрашивал он старого советника, и тот только качал головой.​

Философия стала поистине его первой страстью которая впоследствии распространилась и на сладкую мелодию. Он часами просиживал в библиотеке замка, листая древние свитки и книги, изучая трактаты о добродетели, власти, равновесии между долгом и честью. Его разум был подобен ветру, что проникал в самые узкие щели, выискивая истину. Каждый вечер во дворе замка также раздавались мелодии лютни.

Их источником был — местный бард, седовласый, но жизнерадостный старик по имени Светозар, часто развлекал стражников и слуг своими песнями. Светозар завсегдатай таверны близи замка Брумов. Добродушный и простоватый мужичок, который исполнял свои баллады о великих битвах, о потерянных королевствах, в его тоне явно читалась печаль о разрушенной Кадии, но чаще он слагал баллады о любви и предательстве, а иногда — просто забавные деревенские напевы. Для юнца это были волшебные строки влияющие на его восприятие. Особенно завораживало умение играть на различных инструментах. Маэстро, все же решившись подошёл ближе и спросил:

​

— Можно ли научиться играть так же?
Бард рассмеялся и протянул ему свою старую лютню. После дружеским и спокойным тоном произнес:
— Дерзай, юный господин. Музыка — это голос души и твоего сердца. Главное — научись слушать её.​

Днём Рихтер читал книги с наставником и тренировался в грамоте, а вечерами, прячась от строгого взгляда Вильгельма, бегал к барду, слушал его уроки и пытался извлечь из лютни первые неловкие звуки. Каждый урок нёс свою уникальную мысль о жизни и смерти, погружавшие парня в большой интерес. Сам Светозар был потомственным бардом, который знал неимоверное количество баллад, всё, что о нем знал Рихтер, он пришел из Черемиц, а после осел в Брумах. Но более ему и не нужно, Светозар отвечал на вопросы парня то ли от дурости, то ли от знаний, от того и был интересным другом и собеседником для самого парня. Их общение делало настоящими единомышленниками, как в то время Вильгельм был занят делами баронства. Вильгельм знал о Светозаре, и позволял Рихтеру с ним общаться не видя в нем никакой угрозы для юнца. Не смотра всю свою занятость, и рождение скорого сына, он всё еще любил юного Маэстро. Знакомство и какой то степени дружба со Светозаром дало парню некоторые знания, когда ему было десять, он уже знал наизусть с десяток баллад и песен. Но больше всего он любил те вечера, когда выбирался за стены замка в таверну при деревне, прилегающей к его владениям. Там, среди грубых, но добродушных крестьян, среди звонких кружек и запаха жареного мяса, он подпевая Светозару, чувствовал себя по-настоящему свободным.
​

​

​

​

 

[maestro]

--== Глава II: Переходный возраст ==--​

Но в юношеские годы кровь заговорила в нём иначе. Глядя на закалённых воинов, что несли службу в замке, в один момент он почувствовал, как сердце стало колотиться быстрее, а зрачки расширялись, разум жаждил адреналина. Он видел, как мечи сверкали под солнцем, как проходило сражение в учебных поединках, и мечтал стать одним из них. Он молил брата разрешить ему вступить в ряды стражи или стать оруженосцем, но Вильгельму было не до этого, да и он вправду переживал за своего племянника. Рихтер все детство провел в замке с бардом слушая музыку и читая различные книги, Вильгельм считал его не способным к войне, но он нашел лишь глупое оправдание, которое не успокоило парня в будущем:
​

— Ты Брум, а не деревенщина-наёмник, — сказал он однажды, пронзая брата ледяным взглядом.​

Но Рихтер не сдавался и продолжал упрашивать брата. Его настойчивость заставила Вильгельма обратить внимания, и все же он позволил брату овладеть основами рыцарского мастерства, отправив к одному из знакомых баронов на службу. Счастье не было придела, он просто радовался этому событию. По началу юноша задыхался от каждого удара, его руки дрожали, а мышцы горели от боли, но он не сдавался. Живя в одной толпе с оруженосцами и стражниками он осознал все тяготы жизни на службе. Пропуская любимые вечера в таверне и общение со своим первым другом, стариком бардом, но прикладывая должные усилия. Он каждый день усердно занимался смотря на того, кто выше него и старался дорости до их уровня. Со временем меч перестал быть для него чуждым предметом – он стал его продолжением. Он увидел в нем то, чего не хотел, настоящее искусство. Движение рук для окружающих напоминали некий танец с тяжелым предметом, словно музыка играла, а он лишь танцует.​

— Твой ум – твой клинок. Ты обязан быть с ним в полном понимании и гармонии, сделать его частью своего тела, но лучшая победа, когда твой противник даже не понял, что ты собираешься ударить! - Любил всё время произносить его мастер.​

Со временем, привыкнув к мечу Рихтер дал ему говорящее название Святозар, в честь его первого друга. В перерывах между тренировками он продолжал читать книги и свитки, изучать тактику и философию, словно стремился объединить в себе две стихии – силу и разум. Шли годы. Рихтер взрослел, его движения становились всё более отточенными, а разум – всё более проницательным. Однако вместе с этим росло и его недовольство. Он любил брата, уважал его, но не мог не замечать того, что было скрыто за хладнокровной маской Вильгельма. Особенно явно это выглядело со стороны соседнего баронства, где Рихтер ходил оруженосцем. Старший брат правил жёстко, иногда безжалостно, даже по отношению к тем, кто был ему предан. Рихтер знал, что Вильгельм ведёт свою игру, просчитывая каждый шаг, как на шахматной доске, но фигурами в его руках были живые люди.

После своего возвращение, первым делом он хотел поговорить со своим братом. Из тихого и неприметного, даже странноватого паренька он словно превратился в уверенного мужика, который знает чего он хочет от жизни. Зайдя в небольшой кабинет, он начал довольно-таки простой диалог со своим братом, при этом не повышая голос, говоря спокойно и сдержанно. Диалог начался сразу с дела, что было визитной карточкой Брумов не желающих продлевать прелюдия.
​

— Как прошла твоя служба? - поднял голову Вильгельем и придерживая возле себя юного сына, а после указал ему на его комнату.
— Я проделал отличную работу, думаю отлично. Я заметил множество неурядиц и не состыковок, которые ты допускаешь в своем правление , брат. Мы не должны править страхом, это должно остаться в прошлом! — сказал он. — Люди – это не наши игрушки.
Ответ был коротким, но пронзительным и до ужасов понятным.
— Люди – это то, чем мы позволяем им быть, тебе стоит это усвоить. Это правила нашей жизнь, взгляни со стороны Брум, на поместье Солденсов, и ты прекрасно меня поймешь. — отозвался Вильгельм с раздроженностью к словам молодого парня.​

Долго думав об этих словах, вспоминая свою службу и книги которые он прочитал, он понял их коренной смысл, но противился ему, из любви к брату толи в осознание этого вопроса, он старался больше не поднимать этот вопрос. Особенно после того, как заметил, что кровный брат начал на него смотреть с презрением и отчаянием. Тонкая душа парня понимала из-за чего эти взгляды. Вскоре Рихтеру исполнилось восемнадцать. Он был посвящён в рыцари за свои небольшие успехи в службе и дворянский род, а после был официально признан первым наследником замка по воле барона Вильгельма. Он дал присягу на верность своему роду, но в душе его всё ещё жгло пламя сомнений и печали, которая перебивала мимолетная радость своим достижениям.​

--== Глава III: Нравственные проблемы ==--​

Прозвище "Маэстро" он получил после ожесточённой битвы с разбойниками.

Весной, когда караван, направлявшийся в замок, подвергся нападению, Рихтер повёл в бой отряд стражи. Он сражался не как грубый рубака, а как дирижёр великого оркестра. Его меч скользил в воздухе с грацией, его удары были точными и быстрыми. Он предугадывал движения врагов, словно чувствовал ритм их атак, а сам танцевал среди них, выстраивая симфонию смерти. Будто он считывал все движения своих противников, стараясь не выходить из своего транса. Один из его наставников, потрясённый увиденным, выкрикнул:

— Молодой человек, вы не просто рыцарь… вы Маэстро!​

Прозвище прилипло к нему, даже когда он сам не хотел этого. Со временем он уже и привык к нему, хотя оно и казалось странным. Но сражения и кровь оставляли в душе куда более глубокие шрамы, чем поступки его брата. Каждый новый налёт стражи, возглавляемый Рихтером, вызывал восхищение у Вильгельма. Казалось, он гордился братом так, словно видел в нём воплощение истинного Брума. До двадцати восьми лет Рихтер действительно верил, что он – спаситель земель, освободитель народа от разбойников. Он считал свои поступки справедливыми, ведь сражался за порядок и безопасность. Но однажды его мир изменился. Это случилось во время очередной вылазки. Они атаковали небольшой лагерь, в котором укрывались разбойники. Всё шло как обычно – горящие палатки, звон стали, предсмертные крики. Но в пекле битвы Рихтер заметил двух детей. Они жались друг к другу, напуганные, с широко раскрытыми глазами.

В этот момент один из его воинов, охваченный жаждой боя, побежал в их сторону с мечом наготове. Рихтер не задумывался – инстинктивно бросился наперерез. Он толкнул своего подчинённого, и тот, не ожидая удара, покатился вниз по склону, сбивая пыль. На миг Рихтер почувствовал удовлетворение – он защитил невинных. Но этот миг оказался роковым. Один из детей, сорванец лет десяти, выхватил из-за пояса кинжал и с яростью бросился на своего спасителя. Острый клинок рассёк кожу на ноге Рихтера, заставляя его вскрикнуть от неожиданности. Всё произошло слишком быстро. Почувствовав боль, он машинально вскинул свой тяжёлый меч. Лезвие, сияя в свете полыхающего поселения, обрушилось на плечо мальчишки, вонзаясь глубоко в плоть. Его крик, короткий и пронзительный, эхом разнёсся по округе. Рихтер, всё ещё не осознавая произошедшего, рефлекторно отбросил ребёнка ногой, и тот покатился вниз по склону. Только спустя мгновения до него дошло, что он натворил. Он убил ребёнка. Пусть тот и напал на него первым, пусть в глазах мальчишки пылала ненависть, но это был всего лишь ребёнок. Не бандит, маленький разбойник – мальчик, который пытался защитить себя и, возможно, свою сестру, а также и отомстить за своего отца. Клинок перестал быть для него лишь инструментом изящества. Он больше не видел в нём искусства, не восхищался его совершенством. Теперь он воспринимал его как проклятие. Будто всё, чего он касался, тут же превращалось в того мальчишку, ставшего жертвой его гнева и обстоятельств. Даже в самые славные моменты побед и триумфов перед его глазами неизменно вставал тот единственный удар, который навсегда изменил его жизнь.

Рихтер стал искать утешение в славном эле. Таверны стали его убежищем, а ночь – верной спутницей. Пьяные драки, беспорядочная жизнь – всё это размывало образ наследника Брумов. Он видел, что его справедливость ничего не значит, если мир живёт по законам силы. То самое пламя начало разъедать его ещё больше, но ни алкоголь, ни адреналин, ни книги не могли утихомирить ту боль, что сжигала его изнутри. Несколько лет он жил лишь мыслями о бутылке, словно мечтая о ней. Вильгельм не позволил брату сгореть в этом огне окончательно. Найдя его в очередной забытой богом таверне, он сел рядом и заказал себе славное вино. После этого Вильгельм заглянул брату в глаза и долго смотрел. Чувство стыда, отчаяния и вины поедало Маэстро изнутри, но оставаться в таком положении, даже если он и хотел, он уже не мог – сказать что-то против брату было бессмысленно. В голове у него бушевали эмоции и мысли, которые он хотел выразить, но так и не посмел, ведь всё время глядел на любимого брата.

— Ты проиграл битву сам с собой, Рихтер, — сказал он. — Но не душевную войну.​

 

[maestro]

-== Глава IV: Жизнь в замке и душевные терзания ==--​

Жизнь в замке оказалась совсем не такой, какой её представлял Рихтер. Он ожидал, что сможет раствориться в повседневных заботах, отрешиться от воспоминаний и терзаний, но реальность оказалась иной. Каждый день приносил новые обязанности, но и новые поводы для размышлений. Замок Брумов был не просто крепостью – это был живой организм, в котором каждый человек, от кухарки до оруженосца, занимал своё место. Рихтер постепенно осваивался в новой роли. Он следил за состоянием оружейных запасов, помогал в обучении молодых воинов, составлял отчёты о продовольствии. Он пытался обрести гармонию в труде, но ночь за ночью душа его не находила покоя.

Тени прошлого преследовали его. Иногда, проходя мимо тренировочного поля, он слышал звон мечей и видел себя – молодого, полного стремлений. Он вспоминал те моменты, когда боевой азарт захватывал его, когда сталь в его руках становилась продолжением его воли. Но вместе с этими воспоминаниями приходил и образ того мальчишки, что пал от его клинка. По вечерам он подолгу смотрел в окно своих покоев, наблюдая за жизнью замка. Где-то смеялись стражники, обсуждая свои победы и неудачи, где-то оруженосцы пытались повторять удары, которым их учили мастера. В таверне гремели песни, а в темных уголках замка плелись интриги. Он видел жизнь, видел, как она идёт дальше, но сам оставался в плену своих мыслей.

Вильгельм часто наведывался к нему видя в нем всё еще члена их семьи. Вильгельм не давал брату окончательно замкнуться в себе. Он пытался втянуть его в дела, давал поручения, рассказывал о политике соседних земель в попытках дать интерес парню. Но Рихтер всё чаще ловил себя на мысли, что смотрит на брата иначе. Он видел в нём не только властного человека, но и холодного стратега, который привык манипулировать судьбами других, а с ним он так добр лишь потому-что они одна кровь. Стоило ему быть обычным воином и он бы навсегда оставался в канаве. Но всё чаще задавался вопросом: а что, если он сам для Вильгельма – всего лишь очередная фигура на шахматной доске?

Ночами он мучился от кошмаров. В них он снова был на поле боя, снова ощущал в руках вес меча, снова слышал крик того мальчишки. Иногда ему снилось, что он стоит посреди опустевшего замка – вокруг лишь тьма, стены рушатся, а голоса прошлого зовут его по имени. Однажды, в одну ночь, он спустился в оружейную, где ряды мечей сверкали при тусклом свете факелов. Он взял в руки свой меч по прозвищу Светозар. Провёл пальцами по лезвию, вспоминая, как он был создан и в честь кого был назван. В тот момент он осознал: меч больше не казался ему частью души. Он был символом его прошлого, которое он не мог отпустить, и его будущего, которого он ещё не нашёл. И только сладкие баллады о любви, или те самые, содержащие славный деревенский посыл, теплили его душу не давая размякнуть окончательно. Видимо потому он и находил свое счастье в бутылке.


P.S. Будет полноценный топик персонажа, и дополнение биографии по мере происходящих событий в игре. Топик фракции: https://forum.medieval-rp.net/threads/baronstvo-brumy.191/#post-815

 

[emperor]

Готово к проверке?

 

[maestro]

Готово к проверке?

Да

 

[emperor]

На рассмотрении.

 

[emperor]

По итогам рассмотрения:

1.

Величественный замок династии Брумов

Выражение династии использовалось для Королевских или Императорских семей а не для мелких баронов.

2.

Рихтер из Брум – последний ребёнок благородного рода

Рихтер ну никак не может быть последним ребёнком так как есть ещё одна биография с сыном Барона Вильгельма "ссылка"

3.

— Ты Брум, а не деревенщина-наёмник,

Сказал барон Вильгельм после чего сам-же начал обучать главного героя фехтованию. Да и непонятно почему Вильгельм с самого начала запрещал своему младшему брату заниматься военным делом и фехтованием, в знатных вельмож и господ это были основные занятия и ими они обучались с малых лет.

4. "Со временем привыкнув к мечу Рихтер дал ему говорящее название РЮРИК" - Почему именно Рюрик и откуда в вымышленном мире взялось имя реального исторического человека.

5.

Владимир взрослел, его движения становились всё более отточенными, а разум – всё более проницательным.

Путаница в именах главного героя, сначала Рихтер а после упоминается имя Владимир, вероятно из-за невнимательности.

6. В истории упоминает некий Светозар, непонятно кто это и откуда он появился.

7.

Рихтер, однажды осознавший силу своего клинка, теперь начал видеть в нём не только искусство и нечто прекрасное, но и проклятье. Будто всё чего он касался, тут-же обращалось в пепел.

Так и непонятно как Рихтер пришел к выводу того, что к чему бы он не прикасался превращалось в пепел, ведь за всю историю можно увидеть только одно сражение с разбойниками.

Требуется:
1. Внимательно перечитать биографию и исправить грубые ошибки как в примере с именами главного героя.
2. Убрать лишних персонажей или расписать их.
3. Исправить незначительные грамматические ошибки в тексте.

Итог:
1/2, срок на исправление ошибок 3 дня.

 

[Alkashonok]

2.

Рихтер ну никак не может быть последним ребёнком так как есть ещё одна биография с сыном Барона Вильгельма "ссылка"

он не сын вильгельма если что

 

[emperor]

он не сын вильгельма если что

 

[Alkashonok]

Посмотреть вложение 570

Я про Рихтера, Рихтер играет младшего братишку.

 

[emperor]

Я про Рихтера, Рихтер играет младшего братишку.

"Последний ребенок благородного рода", если есть еще и Сигизмунд, значит не последний.

 

[maestro]

вроде подправил, утром повторно гляну, не рассматривайте

 

[maestro]

смотрите

 

[emperor]

На рассмотрении.

 

[emperor]

По итогам рассмотрения:

1.

1740220342793-png.401чей путь был предначертан, но дух искал иной дороги.

Если биография готова к проверке, я думаю ты должен проверить всю свою биографию на наличие настолько очевидных ошибок.

2. Логические несостыковки в примере с:

Днём Рихтер читал книги с наставником и тренировался в грамоте, а вечерами, прячась от строгого взгляда Вильгельма, бегал к барду, слушал его уроки и пытался извлечь из лютни первые неловкие звуки

Рихтер прятался от своего брата что-бы учится у барда его ремеслу, но непонятно почему он прятался от него так-как Вильгельм как сказано в истории, был не против их общения.

Вильгельм знал о Светозаре, и позволял Рихтеру с ним общаться не видя в нем никакой угрозы для юнца

3.

Он был философом, воином и стратегом, человеком, для которого долг стоял выше чувств.

В итоге из-за убийства мальца главный герой поддался эмоциям и забросил все свои труды и старания, после чего взялся за бутылку и пил.


4. Философ, музыкант, рыцарь - Я так и не понял кого ты будешь играть, в конце вообще пишется что главный герой нашел свое счастье в бутылке, не раскрыты дальнейшие амбиции Рихтера, что он будет делать дальше, какова его дальнейшая судьба?

5. Слишком много воды, сложно читать такие текста в которых мало самой сути Рихтера.

Требования:
Исправить все вышеперечисленные ошибки.

Итог:
2/2, время на доработку 3 дня.